Нравственная паника, иммиграционный запрет Трампа и изгнание евреев из Газы

Нравственная паника. Это термин, который был придуман Стэнли Коэном в 1987 в его основополагающем труде "Народные дьяволы и моральная паника", где он прекрасно описывает большой шум по поводу иммиграционного запрета Трампа (не говоря уже о его избрании).

Моральная паника, по мнению Коэна, является случайным или прерывистым событием, порождающим всеобщее беспокойство, что социальные нормы могут оказаться в опасности. Моральная паника характеризуется "состоянием, эпизодами, лицами или группами лиц, [которые] начинают определяться как угроза общественным ценностям и интересам."

Теперь нравственная паника не только усилилась и самовозгорелась. Она стала нуждаться в СМИ, чтобы поджечь фитиль. Средства массовой информации, как объясняет Коэн, подхватывают потенциальный эпизод нравственной паники и изображают вещи так, чтобы преувеличить или усилить факты. Достаточно скоро, событие становится национальной проблемой (или, как в случае запрета иммиграции, международной).

Теория Коэна гласит, что если бы СМИ остались в стороне, этот вопрос в центре моральной паники определенно так и остался бы пустяковой местной историей, касающейся только непосредственно пострадавших. Участие средств массовой информации является единственным катализатором для любой моральной паники, единственной причиной, по которой любой вопрос (иммиграционный запрет, избрание Трампа) может, в конечном итоге, вызвать страх и отупение.

Так что то, при нравственной панике, вы имеете событие, превращенное средствами массовой информации в сенсацию. Затем средства массовой информации следуют за этими вещами, обращаясь с призывом к действию, требованием каких­то карательных мер, какой­то реакции. Это, Коэн называет "культурой контроля".

Такая нравственная паника подвигла женщин к походу на Вашингтон в ответ на избрание Трампа. Такая нравственная паника побудила к протестам в аэропортах, и толкнула синагоги на искренние высказывания обиды по поводу запрета иммиграции. И именно СМИ воспламенили массы и разожгли массовые отклики. Именно средства массовой информации контролируют культуру.

Фото: Flickr/Mark Dixon

Грустно признавать, что люди так легко позволяют манипулировать собой и эксплуатировать себя для создания шумихи по какому­то поводу, просто потому, что СМИ так хотят; думать, что люди позволяют использовать себя как марионеток, позволяя щипать себя за струны, и подчинять себя чужой повестке дня, спрятанной так далеко из виду, что обычный человек даже не знает, что она существует! Однако таков путь всякой нравственной паники.

И, конечно же, любая стоящая нравственная паника привлекает целую кучу евреев, выражающих свое возмущение по поводу данного вопроса, чтобы их увидели и услышали. Как у рыбы, эта еврейская реакция воняет с головы, с раввинами, выбирающими сравнения в еврейской истории как достаточную причину, чтобы организовывать и демонстрировать. "Мы тоже были беженцами!" — плачут они с достоинством и правдой в своих пронзительных коллективных голосах.

Как говорит Коэн, если бы средства массовой информации не вмешивались в это, не делали бы из этого сенсации и не требовали бы действий, раввины бы теперь не были во всеоружии и не маршировали бы с плакатами. Без средств массовой информации, запрет иммиграции был бы всего лишь мгновенной, незаметной и невидимой вспышкой на экране.

Откуда я это знаю?

Я знаю это, потому что в 2005 11,000 евреев были изгнаны из своих домов в еврейском государстве, и не было никаких протестующих американских раввинов (за исключением современных ортодоксов). Ни консервативные, ни реформистские евреи не держали плакаты и не выражали возмущение. Эти 11 000 своих еврейских братьев, которые были насильно вытащены из домов, включали 8000 еврейских поселенцев в секторе Газа и еще 3000 — в северной Самарии. Они были изгнаны из своих красивых домов после всенародного референдума в демократическом государстве Израиль, в котором 65% израильского народа проголосовали против этого плана.

Эвакуация Неве Декалим. Фото: Wikipedia/IDF

Последствия этого изгнания отзываются до сегодняшнего дня. Там осталось несколько сот человек, которые до сих пор не имеют постоянного жилищного решения. В результате изгнания, распались семьи, с безудержными разводами среди изгнанных. Главы семей имели сердечные приступы и умерли, дети потеряли свою веру в Бога. Это документально.

Хуже всего, что вместо мира, изгнание (ака размежевание) принесло десятки тысяч ракет, обрушившихся на Израиль с той самой территории, которую он уступил, с того места, где изгнанные построили красивые дома, предприятия, школы и синагоги. Арабы, вместо того, чтобы построить дома и школы в «подарке», который мы им преподнесли, построили террористический анклав, используя то, что мы дали, чтобы прицелиться и убить нас.

Однако Washington Post, CNN и New York Times, не видят высылку и последующую бездомность, потерю заработка и безработицу 11 000 евреев в том же свете, в каком они видят 90 000 человек, у которых планы были отложены на 120 дней. И им наплевать на десятках тысяч ракет, запущенных по нам с территории, которую мы дали им, из которой мы переместили 11 000 евреев против их воли, всего через 60 лет после того, как мы были вырваны из Европы на Западе, и арабских стран на Востоке.

Эвакуация Шират Хаям. Фото: Wikipedia/IDF

Высылка не фигурирует в списках СМИ материала по нравственной панике.

Эвакуация Ганей Таль. Фото: Wikipedia/IDF

Потому что евреи.

Итак, никакие раввины (кроме современных ортодоксов, любящих поселенцев) не шли от имени 11 000 евреев, насильно изгнанных из домов и оставленных без крова, ни с чем. Не было высказано никакого негодования с амвона. Не было никаких маршей, не держали никакие плакаты. Никакая помощь не была предложена.

Эвакуация Кфар Хаям. Фото: Wikipedia/IDF

Не было ни одного интервью. Это вообще не было воспринято как еврейское дело. В еврейской истории не было найдено никаких параллелей.

Ни один раввин не произнес проникновенных слов о евреях, изгнанных из Спейер, Германия, или Испании, или Англии.

Улица в Юденгассе в Шпейере, Германия. Фото: Wikimedia Commons

Там не было никакой нравственной паники. Из-­за каких­ либо средств массовой информации. И поэтому высылка, известная так плохо, поскольку о ней вообще говорят как о "размежевании", была и остается локальным всплеском. Болезненная израильская проблема, которая не касается евреев Нью­ Йорка, Бостона или Вашингтона, за исключением современных ортодоксов, которые представляют собой последний бастион, последний остаток тех, то переживает за евреев, живущих в в местах, которых домогаются арабы.

Для меня это, как научная фантастика, эти марионетки СМИ, люди джино (евреи по рождению, но не практикующие иудаизм), которые не могут генерировать своей собственной тени, но могут загореться от внешней силы, обладающей интересами полностью противоположными еврейской философии.

Иммиграционный запрет Трампа может быть неловко реализован и создать серьезное неудобство для 90000 человек, некоторые из которых бежали из зоны боевых действий, однако, это носит временный характер, тогда как изгнание из Газы состоялось навсегда.

И все же, вы не услышите даже писка. Ни один реформистский раввин не упоминает о них в проповеди Рош а­Шана. Ни одна консервативная конгрегация не посылает вещи изгнанным. Никто не произносит ни звука. Это даже не в их сознании. Они бы скорее оставили пустое место за столом для Седера для Харви Милка, чем для Аниты Такер, чье единственное преступление было засеять пустыню сельдереем и заставить его цвести.(Держу пари, они слышали о нем, но не о ней.)

Все это особенно актуально и иронично сегодня, учитывая то, что происходит прямо сейчас в Амоне, когда я пишу этот блог. Израиль изгоняет 42 семьи из своих домов, потому что какая­то правозащитная организация утверждает, что их дома построены на частной земле, хотя ничего не было приведено в качестве доказательства, и, на самом деле, нет доказательств того, что домами когда­либо владели арабы. Единственной причиной этого изгнания является испорченный закон, поскольку никакие арабы не теряли свои дома в результате постройки этих еврейских домов. Никто не потерял собственность, никто не пострадал.

Израиль (во второй раз ­ прим. перев.) выселяет 42 семьи из Амоны по надуманный юридической формальности, однако, о ирония, берет в страну 100 сирийских детей. А средства массовой информации? Все тихо. Нет в их повестке дня, так что нет в его буфере обмена материала по нравственной панике. И поэтому евреи Америки ничего не говорят. Ничего не делают. Вообще не думают о боли этих 42 семей, которым некуда идти, евреи, как они сами.

Они презирают своих собственных евреев в пользу нравственной паники за арабских беженцев, как правило, врагов своего народа (так как они находятся в секторе Газа, месте, которое мы отдали им, и являются причиной изгнания 11.000 невинных еврейских жителей, против их воли и воли народа Израиля).

Такова сила СМИ, которую они применяют к этим пустоголовым евреям. У них нет своих собственных мозгов. У них нет стимула, чтобы что­то сделать, пока СМИ не скажут им сделать это.

Это больно, грустно и страшно, и я бы сказал, тошнотворно.

Потому что это вызывает у меня рвоту.

Потому, что, если вы подвержены нравственной панике, но вас не трогает изгнание 11 000 евреев Израиля и их тяжелое положение, то вы уже не человек, не говоря уже о том, чтобы быть евреем. Потому что евреи должны быть подотчетны только своему создателю, а не средствам массовой информации.

Можно с уверенностью сказать, что американское еврейство находится на грани смерти.

Перевод: Мириам Аргаман (Miriam Argaman)
Источник: translarium.info
Источник на английском
Фото обложки: Flickr/Fibonacci Blue