Опасная игра слева: хроники превращения страны в полицейское государство

Обозначив цель, антидемократические силы используют полицию как инструмент для устранения избранного премьера.

Как и ожидалось, по мере появления публикаций с новыми подробностями по "Делу 4000" становится ясно, что, подобно предыдущим делам "1000" и "2000", здесь тоже обнаруживается колоссальная пропасть между напыщенными заявлениями и сообщениями в СМИ о "серьезных и беспрецедентных подозрениях", предназначенными для целенаправленного формирования соответствующего общественного мнения, и бледными, убогими с юридической точки зрения реальными фактами.

Стоит обратить внимание на следующую фразу в показаниях Шломо Фильбера: "Можно спорить с моими свидетельствами Управлению ценных бумаг, идет ли речь о правильных в профессиональном плане действиях или нет, но это уже совершенно другая история".

Иными словами, даже по версии Филбера, вырванной из него под тяжелейшим психологическим давлением, после того, как его, униженного на глазах его жены, детей и соседей, поволокли на допрос из дома, скованного наручниками, будто бы речь шла о Пабло Эскобаре, так вот, даже в этом его свидетельстве, цель которого изначально заключалась в том, чтобы придать истории максимально возможный уголовный характер, выяснилось, что действия Филбера были вполне приемлемыми, в крайнем случае, по-разному оцениваемыми различными специалистами.

Как сообщил портал "Вайнет": "В полиции считают, что в случае с Фильбером речь идет не о том, кто сознательно совершил преступление, а скорее о хорошем по сути человеке, попавшем в проблематичную ситуацию и вынужденном совершить преступления. По этой же причине, полиция согласилась подписать с ним соглашение о предоставлении статуса государственного свидетеля, гарантирующее то, что он не будет отправлен в тюрьму".

Что это все означает? А то, что в то время Шломо Фильбер считал свои действия вполне законными. Теперь же, когда он оказался под арестом и угрозой многолетнего лишения свободы, вещи, которые он считал тогда совершенно нормальными, вдруг обрели характер серьезного уголовного преступления. Каждый, кто хоть немного читал о сталинском режиме террора, не может не заметить, что более или менее так как раз и выглядели признания, вырванные чекистами, а затем их приемниками в ГПУ и НКВД, когда самые безобидные действия подследственных в ловких руках дознавателей превращались в "страшные преступления против страны, народа, партии и товарища Сталина"...

Но все это даже не столь и важно. На самом деле, суть здесь совсем не в регуляторных процессах, предпринятых Министерством связи в отношении компании "Безек", и даже не в договоренностях между Ниром Хефецем и представителями сайта "Валла" - будничными контактами, характерными для любого работающего на политика пресс-секретаря со средствами массовой информации, по сути, обычными рабочими инструментами из его рутинного арсенала.

Настоящая проблема состоит в том, что Израиль превращается в полицейское государство. В страну, где легко и свободно переходятся все границы. В страну, где антидемократические силы намечают цель, а затем превращают полицию в железный кулак, сокрушающий, громящий и подавляющий избранного премьер-министра. В страну, где цель, состоящая в свержении Нетаниягу, оправдывает любые средства, попрание любых норм, принципов и законов, на которых стоит правовое государство.

Процессы, продолжавшиеся в Израиле на протяжении последних 40 лет, превратили израильскую демократию в этакую недодемократию, частичную, хромую и калечную, в некотором смысле даже и вовсе иллюзорную.

Поначалу, сразу после 1977 года, наивность и анемичность первых правых правительств позволила левым укрепить контроль над невыборными силовыми узлами, такими как судебная система, средства массовой информации, научные круги, культурные учреждения и высшие административные должности. Затем эти самые силовые узлы добились смещения власти и полномочий (законно принадлежащих в каждом демократическом государстве парламенту и правительству) от избранных органов к Верховному суду, институту юридических советников и бюрократической системе.

Ползучая антидемократическая революция привела к тому, что Израиль стал государством, управляемым этаким двуглавым уродцем, обе головы которого непрерывно ведут борьбу за силу и властные полномочия.

С одной стороны, это правительство, которому в последнее время стало удаваться продвигать свою собственную политику, вопреки бешеному сопротивлению, хотя и намного медленнее, чем хотелось бы. С другой же - это судьи, юридические советники и бюрократы, решительно добивающиеся получения права вето буквально на каждый правительственный шаг.

Так в течение последних 40 лет, с невероятной изощренностью, при помощи хитростей, манипуляций и тщательно продуманных, взвешенных шагов, значение которых непосвященным было очень непросто предугадать заранее, завершился этот тихий переворот.

Однако, то, что происходит в последний год - это нечто совершенно иное.

Нетаниягу, вопреки непрекращающейся на протяжении 20 лет клевете, подстрекательству и диффамациям, раз за разом удается одолевать левых, снова и снова добиваясь общественного доверия. Впервые после фактической революции 1977 года правое правительство попыталось, хоть и с весьма ограниченным успехом, изменить баланс сил в юридической сфере, в средствах массовой информации и в противостоянии бюрократическому аппарату чиновников. В ответ разъяренные левые, отринув последние из сдерживающих их общественных норм и табу, развернули кампанию по ликвидации Биньямина Нетаниягу, а вместе с ним, по ходу дела, и остатков израильской демократии.

Каждый порядочный и нравственный человек, даже будучи противником Нетаниягу, обязан признать, что происходящий в последние месяцы и недели полицейский фарс неизмеримо хуже, чем любые из нарушений, приписываемых оправданно или ложно премьер-министру. Правовое, демократическое государство не может нормально функционировать, когда полиция, расследуя и преследуя одного конкретного человека за пустяки, напрочь игнорирует любые публикации или подозрения в аналогичных или даже более серьезных вещах в отношении его противников или политических конкурентов.

Правовое государство не может позволить главе полиции и руководителю следственного отдела озвучивать безумные конспиративные теории против премьер-министра, поступки которого они расследуют.

Правовое государство не может допустить, чтобы деятельность полиции не была ограничена никакими механизмами сдержек и противовесов. Без всякого надзора. Без какой-либо эффективной инспекции. В работе следствия обнаруживаются искажения, нарушения, конфликты интересов, но ничего не меняется, все продолжается так, будто ничего и не произошло. Людей из окружения премьер-министра одного за другим унижают, таскают на допросы, открывая все более абсурдные и безумные дела, которые затем бесследно растворяются в воздухе.

Сотни следователей круглосуточно работают, летают по всему миру. Каждый, кто имел хотя бы малейший контакт с премьером, подвергается допросам и угрозам... И все это чтобы наскрести какие-то мелочи, крошечные недостатки и нарушения, которые затем раздуваются и представляются в качестве ужасающих преступлений. Все для того, чтобы сместить премьер-министра, который даже после всей этой беспрецедентной кампании преследования и травли продолжает сохранять доверие избирателей.

Если бы в Израиле имелись бы по-настоящему свободные СМИ, если бы в Израиле водились реальные сторожевые псы, защищающие демократию, если бы в Израиле существовали институты, организации, юристы, ученые и интеллектуалы, на самом деле приверженные ценностям либерализма, гуманизма и гражданских прав, они неминуемо выступили бы против беспрецедентной травли Биньямина Нетаниягу и израильской демократии.

Но фальшивые элиты отвернулись от всего этого. Ведь с их точки зрения, цель оправдывает любые средства.

Презрев едва ли не все мыслимые правовые нормы, левые до предела растянули антидемократическую пружину в надежде на то, что в конце концов, они добьются своего. И тогда все вернется на круги своя, станет, как и было прежде, когда они правили страной, даже не избираемые обществом. Но эта безумно опасная игра приближается к моменту, когда пружина может разорваться им прямо в лицо.

В результате нынешних событий мы с большей вероятностью получим парализованную и запуганную политическую систему. Судя по всему, именно этого левые и хотят добиться. Но ведь может реализоваться и совсем иной сценарий. И беспрецедентное попрание левыми общественных норм способно привести к появлению и прорыву куда более сильного и бесстрашного руководства, чем все, что было здесь до сих пор.

Если кампания ликвидации премьера преуспеет, у правого лагеря останется лишь один выход - объединиться вокруг самого мужественного, решительного и сильного руководства, найти своего Дональда Трампа, который приступит к восстановлению демократии и сумеет сокрушить режим медиа-судейской олигархии, правящей с помощью полицейского государства. Если левые преуспеют, мы должны будем сделать все, чтобы им еще пришлось истосковаться по Биньямину Нетаниягу.

Перевод Александра Непомнящего

Автор: Эрез Тадмор
Создатель организации "Им тирцу"
Источник: 9 канал
Оригинал на иврите: “Мида”