Галут на Храмовой горе

Мы не умеем вести себя как победители. Не помним, как это делается. Тысячелетия галута отучили нас от чувства победы. А десятилетия существования в собственной стране не приучили. Хотя мы побеждали. Вопреки всему - побеждали. Но пользоваться своей победой не получалось никогда. Еврейские мудрецы заложили в нас на генном уровне незыблемый принцип выживания в галуте: "Главное – не злить гоев!" А вожди еврейского государства так и не решились его отменить.

Принятый на днях Кнессетом Закон о 9 мая призван среди прочего изменить – еще на уровне школьного образования – отношение к самому трагическому периоду еврейской истории: мы были в той войне не только жертвами, но и победителями. Важно, чтобы школа укоренила это в сознании новых поколений. Но еще важнее, чтобы сегодняшние реалии, в том числе поведение самих израильтян, не возвращали их к старому стереотипу вечно гонимых жертв.

История моя

Я внук двух фронтовиков. Мне всегда казалось, что это нормально. Разве мог быть в наше время дед – не фронтовик? Мог. Еще как мог. Странным образом деды большинства моих сверстников умудрились не быть фронтовиками. У евреев выбора не было. Евреи во Второй мировой войне выживали на фронте или в эвакуации.

Очень хорошо помню 9 мая в Советском Союзе. Всегда один и тот же приглашенный ветеран. Всегда одна и та же тщательно "отглаженная" история фронтовых будней. Мне всегда было немного обидно. Ведь у моих дедов заслуг было точно не меньше, чем у этого героя. А орденов и медалей даже больше. Но он был "утвержден". Он был победитель со справкой. У моих дедов такой справки не было. Они были просто победители.

Один дед умер очень рано. Я почти не помню серьезных разговоров с ним. Многое помню – детали, не совсем понятные мне тогда. Почему никогда не носил орденов? Почему сильно заикался? Почему никогда не говорил со мной о войне? Почему после бани с наслаждением пил холодное пиво?

Говорят, что я очень похож на него. Внешне – точно. Фото не врут. Характером? Не знаю. Не успел узнать его достаточно, чтобы делать такие выводы.

Он был победителем в той войне. Главным победителем. Но не осознавал этого. Он потерял в войне всех близких и потому, наверное, не считал себя победителем. Он как бы стеснялся того, что случилось. Как бы чувствовал себя виноватым. Я это понял, когда впервые поехал с отцом на родину деда – маленькое украинское (а когда-то – еврейское) местечко Орынин. Там никто не выжил. Всех расстреляли. Я бы тоже чувствовал себя виноватым. По крайней мере, не гордился бы победой.

Еще и власть советская постаралась. Исключили его из компартии за совершение еврейского обряда обрезания моему отцу в 1946-м. Он не вел себя как победитель. По ряду причин. В том числе и объективных.

Второй дед прожил дольше. Умер в этом году в Ашдоде. У него похожая история. Только местечко, где вырос, называется по-другому. Но он успел пожить в Израиле. Даже несколько раз принимал участие в неформальном параде Победы. Такой весьма странный ритуал надевания пиджака с медалями и гордый выход во двор. Он тоже был победитель. Настоящий. Но чувствовал себя чужим на празднике жизни под названием День победы в Израиле с вереницей ряженых "ветеранов" и примкнувших к ним политиков местного масштаба. Такое "подпольное" празднование.

Если в мире есть страна, где обязаны праздновать победу над нацизмом, – это Израиль. Можно долго спорить о заслугах каждой из стран-участников коалиции и анализировать историю, но нельзя подвергать сомнению степень важности этой Победы для еврейского народа вообще и для Израиля в частности.

Когда обсуждался Закон о 9 мая, стыдно не за аргументы, которые находили некоторые парламентарии против закона. Стыдно за то, что только сегодня готовы были приступить к обсуждению вопроса. Мне стыдно. Перед дедами.

История наша

Мы вообще не умеем себя вести как победители. Издавна. Все дошедшие до нас труды мудрецов как бы не допускают возможности еврейской победы.

Главное – не провоцировать гоев. Кто во всем виноват? Мы сами! Так считали мудрецы.

Но их можно понять. Это было уместно, хоть и спорно в 12-м, 14-м , 16-м веках, в Испании, Польше, Египте и даже Цфате. Это галутная точка зрения. Задача была выжить. Такой она была долго. Даже в контексте Дня победы 1945 года это еще верно. И выжили.

Теперь – совершенно другая ситуация.

Мудрецы и не подозревали, что в двадцатом веке будет еврейское государство и не где-нибудь, а в Эрец-Исраэль. Более того, они не подозревали, что евреи смогут сами защищать себя в этом государстве.

Ладно, мудрецы древности. Мы сами не подозревали, что такое может случиться. А когда случилось – растерялись. Мы снова не знаем, как себя должен вести победитель. Снова стесняемся. Даже когда мир рукоплещет нашей победе.

Храмовая гора

Шестидневная война – это первая общепризнанная победа Израиля. Красиво, молниеносно, вопреки всем прогнозам, израильская армия освободила Иерусалим. С той самой победы мы называем его единой и неделимой столицей.

События последних недель показали, что не такой уж Иерусалим неделимый. В 1967 Эшколь и Даян согласились на прекращение огня, приняв ряд условий – к ним, а не их. Они не вели себя, как победители. Недооценили масштаб успеха.

Очень долго мы закрывали глаза на эти условия. Говорили о нашем суверенитете на Храмовой горе. Заметали мусор под ковер. В ходе последних беспорядков вокруг Храмовой горы нас на деле просто ткнули носом в этот мусор, продемонстрировав очень наглядно, кто владеет ситуацией.

50 лет мы считали себя победителями, но не знали, как нужно себя вести при этом. И сегодня не знаем.

Сектор Газа

В Газе мы побеждали многократно. Споры возникали лишь касательно процессов принятия решений и порядка приоритетов. Но все равно побеждали. В условиях наших ближневосточных реалий это никогда не была победа нокаутом, хотя многим и хотелось. Но это были победы по очкам с явным преимуществом.

Ведем ли мы себя как победители в секторе Газа? Газа – это Европа 1945-го. Если угодно – Германия 1945-го.

Но кто сегодня решает судьбу сектора? Египет и Турция. В короткой перспективе нам это удобно. В случае чего - с нас не спросят. Позиция страуса, которая обернется для нас большой проблемой. Не для Египта с Турцией, а для нас.

Мы должны решать проблему пресной воды и энергоресурсов в Газе. Как победители. Разумеется, не за свой счет. От желающих профинансировать подобный проект не будет отбоя. Выстроится очередь из лево-либералов. Но важно, чтобы именно мы определяли условия для строительства электростанций, промзон, аэропортов и прочих основ для самостоятельного существования палестинцев.

Альтернативой ХАМАСу должен быть Израиль, если он победитель. Иначе через год нас вынудят убрать камеры наблюдения на границе с сектором.

Калькилия

Инициатива разрешения строительства не территории Калькилии – это пример поведения победителя. Не очень уверенный, потому что не все в Израиле готовы понять разницу между позициями победителя и врага.

Блокада проблемных населенных пунктов, ночные аресты, лишение права на работу в Израиле – все это демонстрация силы. Оправданной и необходимой силы. Но это не победа. Победа – это волевые решения, включающие в себя не только кнут, но и пряник.

Чего испугались противники пряника? Нескольких сот новых квартир за забором безопасности? Новых рабочих мест для палестинцев в Иудее? Нового футбольного стадиона в Самарии? Они испугались ответственности. Исторической ответственности. Страшно, когда не умеешь быть настоящим победителем.

Принцип глупости

Глупость – это когда ты делаешь одно и то же, но всякий раз рассчитываешь на другой результат. Это путь в никуда.

У меня нет иллюзии, что я или мои дети доживут до момента разрешения арабо-израильского конфликта.

Это долгий путь. Но начинается он с нового футбольного стадиона и опреснительных сооружений. Это путь, у которого есть шанс. Нашим лидерам нужно выйти за рамки победы на внутрипартийных выборах. Пора перестать винить во всем римлян, греков и египтян. Они вели себя как победители. Мы так не умеем. Пока.

Автор: Александр Гольцекер
Израильский телеведущий, продюсер и публицист
Источник: 9 канал