Послесловие к «Минуте позора»

Есть вещи, которые объяснять не требуется. Просто цивилизация уже навернула столько кругов, вышла на такой виток, что само собой разумеется, нельзя варить людей в котлах. Нельзя их сжигать за ересь. Нельзя ставить дорожные знаки вроде «Только для белых». Или «Только для мужчин». Нельзя пришивать «звезды Давида» на одежду и ставить клеймо на руках с порядковым номером узника.

Каждый раз, когда откуда-то из района Саудовской Аравии доносится новость, что ту или иную женщину забили камнями насмерть за подозрение в супружеской неверности или наказали за банальное вождение автомобиля, охватывает вполне себе справедливое негодование: пещерный век, пещерные нравы…

Так вот, унижать человеческое достоинство, да еще публично, да еще людям, считавшимися до сих пор лидерами общественного мнения, — из той же оперы. Это вещи, которые не нуждаются в доказательстве. Просто делать этого нельзя. Потому что на дворе двадцать первый век, потому что именно с этого начинается нацизм — и от кривляния при виде человека без ноги до умерщвления детей с патологиями не такой уж большой промежуток. Ну, вот просто нельзя это спускать. Без обсуждения.

Если бы этот скандал не возник, то его стоило бы выдумать. «Минута славы» оказалась лучшей проверкой на вшивость. Или толерантность. Кому как нравится. Мне больше — на цивилизованность.

Владимир Познер при виде человека без ноги видит только его ущербность. И потому ничего, кроме жалости, испытывать не может. И эту жалость он ставит в вину не себе, а человеку, на которого она направлена. А видеть надо не жалость, а неимоверный труд, любовь к жизни. И это тоже талант. Неизвестно, как мы бы себя повели, не дай Бог, попав в такую ситуацию. И даже если допустить, что бой неравный и победа присуждена незаслуженно, это надо делать. потому что это пример всей стране, как относиться к таким людям, это импульс всем тем, кто отчаялся, кто стыдится своей инвалидности. А теперь они еще больше закроются в своих квартирах. Если уж Познер с Литвиновой такое себе позволяют, что говорить об остальных.

Я сейчас про комментарии, которые прочитал в эти дни. Десятки, сотни.

Самые безобидные: «Ну, да, конечно, не так выразились», «Не надо было так говорить», «Но это же не преступление». Или вот еще: «Такая точка зрения, как у Литвиновой или Познера, тоже имеет право на жизнь».

Имеет право на жизнь все, что не унижает другого человека, что не растаптывает его физически и морально. Сейчас модно быть над схваткой. Мол, и те козлы, что ляпнули сдуру, и эти, что их критикуют. А мы в белом. Мы видим все грани события. А тут не может быть никакого «над схваткой». Тут или ты для себя допускаешь в адрес другого человека «ампутант», или нет. Есть вещи, где либо «да», либо «нет». Другого не дано. Или я за то, чтобы отправлять евреев в газовые камеры, или нет. Учиться детям с ограниченными возможностями в классе с твоими детьми или нет. Все просто.

Для меня вопрос реакции на реплики Литвиновой и Познера — такой же идентификатор, что за человек передо мной, как и ответ на вопрос «Как вы относитесь к Сталину?» Или «Нарушила ли Россия будапешский меморандум?» Много таких вопросов. И все они — определяющие, кто передо мной.

Теперь о последствиях этой мерзости и этого преступления (считаю это преступлением). Повылезали подонки всех мастей с комментариями: «Чего, мол, обижаться на правду? Все так думают! Не хрен инвалидам участвовать в конкурсах, где мы хотим видеть только таланты. Их место на параолимпиадах!» Ну то есть публичное признание брезгливости к людям с ограниченными возможностями — вроде как даже заслуга. Чего лицемерить, да, это правда — «инвалидам тут не место», «они нам неприятны» или «пусть знают свое место». Ровно к этому же — отбросить лицемерие и признать де факто право сильного на жизнь — призывал Гитлер. Просто помните об этом, на чьей вы стороне. Извините за лишний пафос.
 

Автор: Леонид Канфер
Журналист
Источник: Facebook