Под счастливой звездой Давида

О том, как дорого, опасно, но главное — хорошо живется в Израиле, живо и интересно рассказала Женя Чернявская

Один выходной и три месяца декрета

Израиль, как бы избито это ни звучало, — страна контрастов. Когда на улице +32, вы запросто увидите одетого в наглухо застегнутый черный костюм и кипу ультраортодоксального еврея, а в метре от него, держась за руки, будут прогуливаться два гея с маленькой собачкой на поводке. Здесь жуткая бюрократия, страшные налоги и невероятно высокие цены на все: от помидоров до недвижимости. И при этом добрые люди, которые отдадут тебе половину своей одежды, если узнают, что ты нуждаешься в помощи, десятки и сотни волонтерских организаций, а лавочки на улице специально расположены в теньке для уставших прохожих. Здесь есть Север, который находится ровно в часе езды от Центра, но люди годами не могут выбраться друг к другу в гости, потому что это «далеко». Здесь обожают детей и рожают их одного за одним, позволяя им делать все, что вздумается. Белорусу здесь понравится отдыхать, но будет сложно выжить: в Израиле нужно шевелиться.

Сегодня Израиль имеет один из самых высоких уровней производительности в мире. В стране один выходной день — суббота. В воскресенье в восемь утра все выходят на работу. На иврите воскресенье так и называется — «день первый». В Израиле дается 10 дней оплачиваемого отпуска вместо привычных для нас 28, а на декрет отводится 3,5 месяца. Еще некоторое время за женщиной сохраняется рабочее место, но пособие уже не платят. Поэтому в роддом едут, как правило, прямо с работы: работают израильтянки до последнего. Точнее, до первой схватки. Спустя год после появления младенца женщина должна выйти на работу, поручив его бабушкам-дедушкам или отдав в ясли.

В Израиле принято иметь по три-четыре ребенка в семье. Легко прикинуть, что если бы декретный отпуск был таким, как в Беларуси: 3 года х 4 ребенка = 12 лет жизни. За эти 12 лет семья недополучит колоссальное количество денег, если вообще сможет прокормиться с зарплаты одного только мужчины. Женщина же за это время полностью бы утратила свой профессионализм.

Последние годы Израиль известен миру как Startup Nation. Отчасти причиной тому стала книга Дэна Сенора и Сола Сингера. На русский язык ее перевели как «Нация умных людей. История израильского экономического чуда». Страна окружена Сирией, Ливаном, Египтом и Иорданией — арабскими странами, которые отказываются поддерживать любые дипломатические отношения с Израилем, в том числе и экономические. Поэтому единственное, что в этой ситуации можно экспортировать, — мозги и технологии. В семимиллионной стране работают 320 R&D-центров, а компаний, вышедших на биржу NASDAQ в расчете на душу населения, больше, чем в любой стране мира.

Другая причина такого успеха — культурная. Израильтянин не может усидеть на месте. Если то, что ему нужно, еще не существует, он пойдет и немедленно изобретет это. Его не останавливают трудности, он не боится провалов. Отчасти это связано с врожденной предприимчивостью и смекалкой. Тут это называется «хуцпа» и обозначает изобретательность и подвижность, но с легким оттенком наглости. За долгие столетия антисемитизма евреи научились пробиваться вверх и идти ва-банк.

Третья причина успеха сегодняшнего Израиля — маленький размер страны и ее местечковость. Все знакомы со всеми. Как сказал один из моих американских приятелей, который вот уже десять лет живет тут и делает инновационный транспортный стартап, «за два звонка ты можешь добраться до премьер-министра». Так что если в мире работает теория шести рукопожатий, то в Израиле будет вполне достаточно двух.

Параллельная реальность

Рядом с небоскребами и модным «хайтек» (причем обязательно с ударением на первый слог) существует параллельная реальность. Иерусалим, один из древнейших городов на планете, с его фанатично верующими ортодоксами, Бней-брак, Цфат — тут действуют свои правила. Людям противоположного пола нельзя дотрагиваться друг до друга. Детей стремятся поженить совсем юными, позволяя им предварительно сходить всего на пару свиданий, причем первое из них происходит в присутствии их семей в полном составе. Одежда должна прикрывать ключицу, локти, колени. Замужние женщины должны прятать волосы под платок. В семьях зачастую муж занят изучением Торы, а жена — рождением седьмого по счету ребенка и домом. Государство субсидирует таких людей, чем очень возмущается работающая часть населения: деньги-то берутся из налогов. Огромных налогов. Как так вышло? В 1948 году, когда создавалось государство Израиль и религиозных евреев было очень мало, Давид Бен Гурион, первый премьер-министр, стремясь сплотить разрозненное тогда общество, пообещал ортодоксам все условия, чтобы они приехали на тогда пустынную и совершенно не приспособленную к жизни землю. Они приехали. И в тепличных условиях очень выросли численно.

В пятницу с наступлением темноты и до вечера субботы страна вымирает и начинается шаббат. Общественный транспорт не ходит, даже в международный аэропорт Бен Гурион нет ни одной несчастной маршрутки! Закрывается половина автозаправок, не работают продуктовые магазины, торговые центры. Исключение составляет только туристическая часть Тель-Авива, где открыты несколько десятков ресторанов да сеть русских магазинов «Тиф-там». Тут втридорога можно купить еды, а еще свинину, которую евреям есть как бы нельзя — не кошерно.

В реальности все гораздо круче. Безобидная фраза, написанная в Торе, «не вари козленка в молоке матери своей» за десяток столетий приобрела ужасающий размах, в результате чего нельзя есть молочные и мясные продукты вместе. Поэтому правоверный еврей под страхом смертной казни не станет есть бутерброд с колбасой и сыром. Он съест сыр, подождет часик, а потом догонится ветчиной. Любой ресторан или закусочная в Израиле должны получить сертификат кошерности. Соответствие требований проверяет Раввинат — орган, регулирующий религиозное право. Иногда доходит до абсурда. Как-то раз кондитерскую моих знакомых оштрафовали за несоблюдение кошерности на основании найденных на заднем дворе коробок из-под фиников. Оказалось, на коробке красовалась надпись на арабском! Вот они какие, неправильные финики, расфасованные некошерными упаковщицами.

Вообще у евреев есть такая замечательная штука, как Галаха — сборник религиозных правил и обычаев. Так вот в Галахе сказано, что еврей — это тот, чья мама еврейка. А если только папа, то извиняйте, тогда вы уже сын (или дочь) еврея. Право на эмиграцию в Израиль такой человек имеет, а вот на свадьбу — нет. Так что полстраны ездит жениться в на Кипр или в Чехию.

Светская часть общества женится в зрелом возрасте, около 30-35 лет. В Израиле вообще все позднее, чем у нас. Сначала ребенок заканчивает 12 классов, потом идет в армию: девочки на два года, мальчики — на три. После выхода из армии они устраиваются на подработку: мальчики часто идут в охранники, девочки — официантками. Потом едут в длинное путешествие, чаще всего в Азию, а уже по возвращению домой поступают в университет или ищут работу. Здесь совершенно нормально встретить 25-летнего парня, который учится на первом курсе.

Как вернуться на историческую родину

Переехать жить в Израиль можно, если ты еврей. Это называется красивым словом «алия» (ивр. «восхождение») или более прозаически — репатриация. Нужно пройти консульскую проверку в своей стране и доказать, что у тебя в роду есть евреи хотя бы до третьего колена (бабушка или дедушка). Существуют десятки программ, поддерживающих возвращение евреев на историческую родину. Для школьников после 9 и 11 классов, студентов, молодых специалистов, врачей, инженеров, а также для тех, кто хочет поехать в кибуц (деревни коммунистического типа, где люди работают на земле и живут на полном обеспечении поселения), стариков, семей, больных людей, которые нуждаются в лечении. Если вы захотели переехать на историческую родину, то вам нужно пройти консульскую проверку в своем посольстве, а потом прилететь. Израиль оплатит вам билет на самолет, в аэропорту вас встретит девушка с государственным флажком, вы пойдете к специальной стойке, где прямо на месте вам оформят документы, гражданство и выдадут денег на первое время. Сионизм — штука тонкая и важная. Все евреи должны жить вместе на Святой Земле — и точка.

Вся страна служит в армии. После того как срочная служба заканчивается, любого солдата раз в год могут забрать на военнные сборы, пока ему не стукнет 40 лет. Войска бывают боевые и небоевые. В боевые (артиллерия, пехота, разведка, ВВС и пр.) можно попроситься, но риск пострадать во время прохождения службы гораздо выше. Поэтому если в семье есть два ребенка и один уже служит в боевых войсках, второму запретят туда идти. Такие солдаты могут быть программистами, врачами, даже армейскими музыкантами — в зависимости от склонностей и образования. Девушек по умолчанию записывают в небоевые, но если они настаивают, то идут служить в боевые. Только не на два, а уже на три года.

Возможно, в это тяжело поверить, но в Израиле от армии не косят. И хотя она забирает много времени и сил, но дает хороший старт в виде денег, льгот и, самое важное, друзей. Тем, кто служит в армии 7 лет (это значит, остается там работать по контракту за деньги), на восьмой год полагается любая учеба в любом вузе. Бесплатно. Ну и, конечно, солдат отпускают домой на выходные, семейные и государственные празники, к ним относятся с уважением и их любит вся страна. Быть солдатом — почетно.

И все было бы хорошо, только вот служба опасна и предполагает участие в военных действиях. Потому что весь Израиль — одна сплошная горячая точка. Каждый день-два в разных частях страны происходят теракты. Весь мир постоянно видит это по телевизору и читает об этом в интернете. Все очень страшно, гибнут люди, но как только ты пересекаешь границу и приземляешься в Тель-Авиве, страх уходит сам собой. И вот ты живешь себе, а где-то в соседнем городе сумасшедший пропалестинский фанатик достает нож и начинает метать его во всех прохожих. Ты расстроен, но, в целом, у тебя все хорошо, ты идешь в магазин за хлебом или едешь на пары в университет. Жизнь продолжается.

На входе в каждый торговый центр вас обыскивают на предмет оружия или взрывчатки, все вокзалы и общественные места оборудованы металлоискателями. По улице ходят солдаты, молодые девчонки и парни, с автоматами M16 наперевес. Первые дни это очень озадачивает и даже пугает. Но уже через неделю привыкаешь и воспринимаешь как часть окружающего тебя пейзажа.

Любовь к людям с божьей помощью

Есть тут одна волшебная фраза — «Бэ эзрат ашем». Дословно переводится «с божьей помощью» (мы бы, наверное, сказали «даст Бог»). Выражение подходит ко всем случаям жизни и работает безотказно. Это одновременно мантра, надежда и оправдание за заранее не выполненные обязательства:

«Вы доставите диван до пятницы? Нам очень нужно, у нас гости!» — «Бэ эзрат ашем (диван доставили в следующий вторник)». «Как думаешь, я же смогу учиться и работать одновременно?» — «Бэ эзрат ашем! (он не сможет)». «Когда придет Мессия?» — «Бэ эзрат ашем!».

Но вот что интересно: фраза обладает по-настоящему магическим эффектом. Услышав «бе эзрат ашем», где-то глубоко внутри уже чуешь подвох, но, тем не менее, соглашаешься. А что спорить? С кем? Сказали же: бог поможет!

Считается, что об обществе можно судить по отношению к детям и старикам. Про детей уже все ясно: их тут обожают. Впрочем, детей не так уж сложно любить. Но старики… Как-то раз в тренажерке наблюдала сцену: в зал приводят мужчину. На вид ему лет девяносто, если не все сто. Идет он ме-е-едленно-медленно. К нему подходит тренер, берет под ручки и доводит до беговой дорожки, ставит на нее. Старик, который, казалось, вот-вот рассыплется, включает самый медленный режим и начинает ходьбу. Через 10 минут он устает и машет тренеру. Тот снимает деда с беговой дорожки, вручает клюку и осторожно провожает до двери. Могу себе представить, как посмотрели бы на этого деда в наших модных фитнес-залах. У нас ведь все залы — для молодых, кафе и бары — для стильных и красивых. В Израиле же в пятницу в полдень все кафешки будут забиты старушками, которые потягивают свежевыжатый апельсиновый сок (или воду — пенсионеры живут скромно) и обмывают косточки своим внукам.

Когда я приехала в Израиль, у меня не было никого. И вдруг откуда-то появилась троюродная 67-летняя сестра моей давно покойной бабушки, взяла надо мной шефство и теперь звонит мне каждые три дня — интересуется, как там мой университет и нашел ли работу мой молодой человек. Надо знать, что у нее имеется двое детей и шесть своих внуков, за которыми она почти ежедневно присматривает, рассекая на своем стареньком форде по всей стране. В Израиле родным внезапно становится папин бывший одногруппник по Львовскому политеху. В 8 утра он звонит, робко спрашивая, можно ли на минутку зайти, после чего раздается звонок в дверь, а на на пороге — Илья с тремя пакетами сыров и деликатесов. Вспоминаю, как за неделю до этого случайно обронила фразу про то, что я люблю французские сыры, но в Израиле они для меня дороговаты…

Евреи сумбурные. За праздничным застольем все всех перекрикивают, говорят одновременно и кричат через всю комнату. Самое поразительное, что при этом все всех слышат. После праздника вам с собой выдадут жирный кусок торта, который в вас уже не влазит, а еще снабдят трехдневным запасом еды и тебя, и твоего молодого человека, которого вообще никто никогда в глаза не видел. Если у тебя нет машины, а на дворе — поздняя ночь, то хозяин дома сядет за руль и повезет тебя домой.

А все потому, что человек тут — высшая ценность. Оттого здесь хорошая медицина. И один из лучших показателей средней продолжительности жизни в мире. У меня есть куча знакомых, чьим бабушкам или прабабушкам сейчас 101, 103 года.

Израильтяне веселые, шумные, непосредственные, открытые и очень щедрые. Отношения демократические и неформальные. В иврите отсутствует слово «вы», поэтому все на «ты» вне зависимости от возраста и социального статуса.

К женщинам и девушкам тут обращаются «мамми» («мамочка»). Это означает что-то вроде «дорогуши». Мужчины друг другу говорят «ахи» («мой брат»). Причем братишкой или дорогушей тебя могут назвать как лучшая подруга, целуя на прощанье, так и толстый добродушный дядька в овощном магазине. Степень родства значения не имеет.

Израиль очень дорогой. Снять квартиру в центре страны стоит 1200-1500$ в месяц. И в нем может быть очень опасно. Летом тут +36, и это невыносимо. Но несмотря на все это, Израиль — веселая страна с большим теплым сердцем, где тебе всегда рады и любят. Просто так. За то, что ты есть.


Источник: bolshoi.by